Наши дни. Юго-западная часть Тихого океана... Неизвестно откуда возникнувшее авианосное подразделение учинило сильный разгром непобедимого военно-морского флота Соединенных Штатов Америки и скрылось, просто растворившись в тумане... Это были не истребители-бомбардировщики неясной национальности, это были настоящие ракеты «воздух – воздух». И вот тогда он направил свой боевой «Харриер» вверх и пошел прочь, в вышину. А еще он включил «лису». Позади «Харриера» сыпались, засоряли атмосферу мельчайшие частицы фольги. Техника делала, что могла, соизмеряла длину рубящихся пластин с длиной волны, орошающей сейчас фюзеляж самолета. Но знаете, сколько килограммов этой микровзвеси нужно было распылить в туманном мареве, дабы замаскировать четырнадцатиметровый корпус истребителя?

Сегодня у тебя есть многообещающая работа, дружки и твердая уверенность в завтрашнем дне, а на следующий день ты бессмертный странник человек? Или демон?... Кожевников Роман Игоревич, разведен, детей нет, москвич, 32 года. Родился, учился, ничем необычным не отличался. Заочно закончил финансово-экономический институт. Работал можно отметить по профессии – начальником отдела продаж в фирмы средней руки. Пристрастия: женщины, пиво, рисование. Все банально, без отклонений...

Пять лет прошло с того дня, как миллионы землян волей случая попали в сопредельном мире... Владивосток, 6 августа 2017 г. эта ночь запомнится надолго, я проснулся от звука бьющейся на кухне посуды. Землетрясение, чтоб его! Все в квартире идет ходуном! За собственную жизнь ни одного землетрясения не припомню в моем городе, правда панельная девятиэтажка в которой живу, должна выдержать. Не олухи же строители, выстраивать непрочное здание в сейсмоопасной полосе. Тряску до семи баллов здание должно пережить без особых проблем. На улице, судя по шуму, рухнуло что-то невероятно солидное, сигнализации стоящих под окном автомобилей завели мелодичную трель...

Я лежу, и меня немного плавно раскачивает, как на лодке. Лежу на спине лицом кверху и поэтому вижу лишь ясное небо и солнечные лучи, пробивающиеся сквозь листву. И сильно разит конским потом. А ведь так быть не должно. Во-первых, сейчас зима. Точнее — март, конец зимы в наших широтах. И в нынешнем году март по снегопадам отдувается за весь сезон. В всяком случае деревья должны быть голыми. Во-вторых, я ехал в маршрутке рядом с водителем. СИДЯ!... Старый, одинокий, больной музейщик должен был погибнуть в автокатастрофе, но очутился в теле молодого наваррского принца...

Судя по добротной одежде на нем, и присутствию серебра в кошеле, прежний владелец тела обязан быть вполне обеспеченным человеком. А главное, он обязан где-то жить. Аркадий Петрович перестал глядеть по сторонам, спрятавшись в полутемной нише дома, и попытался сосредоточиться, и у него это вышло. Память бывшего хозяина тела хранила всю информацию, только вход к ней открывался волевым усилием. Ноги сами привели на улицу пекарей, где находился средних масштабов двухэтажный каменный дом - его дом... Столетняя война в Европе в самом разгаре. Экскурсия в прошлое организованная молодыми учеными завершается крахом.

Андрей не был никогда задиристым и драчливым. Он был уверен в том, что лучшая победа - это та, в которой ты даже не вступаешь в сражение. Однако, это абсолютно не мешало ему уделять достойное внимание своему здоровью и телу. В конце концов занятия, выросшие из детских шалостей, были ему в потеху и приносили наслаждение и удовлетворение. Что-то вроде внутренней легкости после тяжелейшей физической нагрузки. Он обожал это чувство. Стремился к нему. Хотя и не увлекался, боясь привыкнуть на такой наркотик. так как крайность здравой не может быть.

Стимулятор механизм воздействия которого до конца не исследован, но одно понятно - он инициирует живой организм к отражению энергетического удара. Пули, как на броню нарываются. Причем в нарушение любых законов физики пули не разрушаются, а летят назад! Отражаются, словно бы лучи от зеркала! Чем мощнее удар, тем сильнее отклик. Живой организм весьма любопытная штука. Стимулятор мобилизует защитные силы организма и он в тот же миг выставляет экран на опасное энергетическое воздействие. Пока проводятся эксперименты... Василий Белавин волею случая находит отлично оплачиваемую и опасную работу в секретном центре по исследованию экстремальных возможностей человека.

Одним была дарована жизнь, а иным смерть. Мир изменился. Зловещий десятый век. Нелегкое время, первые годы правления императора Оттона II... Сами люди тоже менялись. Одни народы уходили или вымирали, на их место приходили другие. Здесь бывали и тевтоны, и маркоманы, и лангобарды. Появлялись в полесье железные легионы римлян. После них пришли готы и гунны. С верховьев Лабы и от далекого Дуная спустились роды умелых ремесленников и земледельцев, деятельных и сноровистых охотников, неукротимых в бою свирепых воинов. Они быстро расселились по всему благодатному краю от чешских гор и до самого Варяжского моря. Себя они именовали общим именем для всех родов и народов русичи или русы.

Уровень радиации на борту близок к критическому, но мы пока еще мыслим. Корабль вошел в пределы системы, образовавшейся по нашему предположению из холодного газопылевого облака. Практически вся масса системы сконцентрирована в звезде. Плотность атмосферы у большинства планет достаточно высока, чтобы служить защитой от смертельного космического излучения, между тем лишь у трех из них – второй, третьей и четвертой – массы по порядку сравнимы с массой Планеты, служившей домом нашим прародителям... Мы ориентируем корабль к третьей планете. Вероятность долететь ее живыми для нас ничтожна – защитный экран корабля сломан.

Данные книги о Третьей мировой войне. О жестокости. О Патриотизме. О ее предыстории. О страхе. Об исковерканных человеческих судьбах... Радости не было. Была лишь усталость и злоба. На свою страну, на все это дерьмо, на себя, которая посылает их в бой, но запрещает воевать, изобретая какие-то гуманные способы ведения войны, в то время как неприятельская сторона гуманизма совсем не придерживается. Они воевали уже почти тринадцать лет – и если бы кто знал, за что...